Лесное зеркало
Мы уже победили, просто это ещё не так заметно
Муан Лэнли стоял на вышке и щурился, вглядываясь в туманную даль, туда, где из-за Небесных Стражей, извиваясь и петляя, выползала узкая дорога. Снег ленивыми хлопьями падал на капюшон и куртку, а некоторые особо дерзкие снежинки ухитрялись улечься на длинные белёсые ресницы дозорного. Муан упорно смотрел вдаль: не то чтобы он ожидал кого-то увидеть раньше заката, но его вполне устраивало, что он находился на посту, а не в казармах, где в ожидании проверки наверняка царил переполох. По правде говоря, сегодня он улизнул оттуда даже чуть раньше, чем было необходимо, но уж больно не хотелось сталкиваться с комендантом – этот старый обрюзгший волк обладал характером под стать своей звериной ипостаси.

Проверка, по мнению Муана, запоздала самое малое на пару лет – тогда ещё можно было сделать вид, что строения просто немного пострадали от недавних бурь и обильных снегопадов, а арсенал проржавел из-за весенних дождей. Но последние годы природа была на удивление благосклонна к северным окраинам Эрингаута, так что списать происходящее с гарнизоном на её капризы вряд ли получится. А вот на то, как обустроил жизнь и службу Корван Шун, легко.

Когда четыре года назад был назначен новый комендант, человек (и волк) на вид ответственный, сдержанный и серьёзный, гарнизон вздохнул с облегчением. Многим уже изрядно надоели всесезонные гоны и не менее регулярные попойки предыдущего начальника, которому и дела не было до того, в каких условиях приходится нести службу его подчинённым. Да, это не та граница, где что-то происходит каждый день: здесь, на севере, только две дороги, и те разве что исправно расчищаются. Одна ведёт к берегам ледяного моря, где солнце лениво и уходит за горизонт раз в год – но зато сразу на полгода, и где живут племена столь же неспешные и спокойные, как их солнце. А вторая ведёт в Священную долину, откуда придёт та, что избавит Эрингаут от звериного проклятья, будь оно трижды благословенно.

На памяти Муана по второй дороге ходили только гарнизонные – из тех, кто должен был её чистить. А на память он не жаловался.

Чуткое ухо оборотня уловило тонкую дрожь земли. Чуть позже пришли звуки, словно большой зверь ломился сквозь чащу. Или стая зверей. Муан улыбнулся в меховой кулак и подчёркнуто прямо встал, развернувшись в противоположную сторону: он внимательно смотрит, не соизволит ли появиться на узкой дороге, ведущей от гор, будущая правительница страны… а уже нечеловеческое ухо, опушённое длинной чёрной кисточкой, высунулось из капюшона в сторону долгожданных гостей совершенно случайно.

Муан был настолько увлечён своим любопытством, что не заметил, как в налетевшем порыве ветра на его дозорную вышку закинуло тёмный осенний лист. Крупный, почти чёрный, живущий по воле ветра – и немного по своей.

- Бдишь, Лэнли? – Ада меняла ипостаси почти мгновенно – и всегда полностью, во всяком случае, внешне. Когда Муан успел среагировать, его старая подруга уже успела вытащить из стопки аккуратно сложенных в углу плащей второй сверху и закутаться в него с ног до головы.
- Бжу. Бдю. Иди сюда!..
- Ай, когти!
- Не ври, я втянул, – Муан потряс у неё перед носом вполне человеческой кистью.
- Ты хоть изредка бываешь полностью человеком? – спросила девушка откуда-то из глубины объятий.

Муан не ответил. Пусть ненадолго, но он полностью отдался ощущению близости и тепла. Пока можно расслабиться: раз Ада Руни здесь, значит, авангард процессии не стал заходить, вернее, залетать в гарнизон и отправился в Священную долину напрямик, по воздуху, а дозорные мышки прочно держат связь между ними и основной группой. Вот и сейчас Ада наверняка слушает, нет ли каких известий, а может, и передаёт. Он предусмотрительно вернул ушам человеческий вид и, главное, чувствительность – от этих мышиных писков у него побаливала голова.

- Ты надолго? – спросил он, наконец поверив, что девушка в его объятиях настоящая, живая и тёплая, а не снежный морок, до которых, конечно, ещё пару месяцев, но мало ли что.
- Если в долине медведи впадут в спячку, то, может, и на всю зиму, - задумчиво протянула Ада.
- Шутишь?
- Отчасти. Рениад на что-то надеется, иначе не отправился бы сюда сам. Нервный, как будто линька у него. Двух градоначальников по пути уже сместил и, кажется, на этом не остановится, явно отложил что-то до возвращения в столицу.
- О, может, и нам нового коменданта пришлёт.
- А что, всё так плохо?
- Да не то чтобы плохо… Но я думаю, ты услышишь, тем более если Медведь не в духе.
- Посмотрим. Но я думаю, что тебя не должен сильно беспокоить местный комендант.
- О чём ты? Медведь больше не нуждается в моих услугах? – взгляд Муана затвердел.
- Полагаю, ты будешь нужен ему не здесь.
- О, может, ещё и там же, где и ты?

Ада только собралась ответить, как осеннюю промозглую тишину пронзил утробный медвежий рёв. В нём лишь отчасти слышались обрывки человеческих слов, что-то про честь, позор и дыры в крышах. Наступившее после него безмолвие казалось особенно хрупким и прозрачным.

- Сурово он всё-таки с Шуном, - переведя дыхание, шепнул Аде Муан. – Не так уж у нас всё и плохо.
- Да? А спишь ты в какой ипостаси, котик?
- Ммм, ты же знаешь, мышка, - он обнял девушку ещё крепче, хотя это и казалось невозможным.
- А в человеческой холодно?
Он кивнул и, поморщившись, добавил:
- А в звериной – сыро!

***

- Лэнли! Пойдёшь проводником в Священную долину, распоряжение его величества правителя Эрингаута Рениада Второго Второго!
- Слушаюсь! – ответил Муан и позволил себе широко улыбнуться в лицо своему бывшему командиру. – Правитель Эрингаута не нуждается в проводниках на своей земле.

Два долгих года и ещё четыре совершенно невыносимых, спасибо Корвану Шуну и его формализму и пристрастию к субординации, подошли к концу. Муан Лэнли из Внутренней стражи Эрингаута был счастлив.

@темы: Написано, Ребятам о зверятах